Главная Общество Нескорая помощь и полуживая очередь
19.09.2017
Просмотров: 66, комментариев: 0

Нескорая помощь и полуживая очередь

Игорь Иванович Афонин — хроник. Нет, не алкоголик, а остеохондрозник. Когда его поясницу в очередной раз прострелило, знал, с чего начинать лечение: не раз лежал с этой болячкой в стационаре и перечень лекарств знал наизусть.

Он жил по принципу — в больницу обращаться только в крайнем случае: наверняка есть люди, которые больше него нуждаются в медицинской помощи. Ведь количество врачей и койко-мест неуклонно сокращается. Об этом постоянно пишут в газетах, называя такой процесс звенящим и неприятным, как писк комара, словом «оп-ти-ми-ззза-ццция». Поэтому проявление гражданского сочувствия в данном случае можно было считать поддержкой правительственного курса.

Афонин назначил себе курс инъекций, мазей, таблеток вкупе с иппликатором Кузнецова и перцовыми пластырями, продолжая ходить на работу. Обычно через два-три дня наступало облегчение, но на этот раз что-то в его организме не заладилось. Спустя пять суток Игорь Иванович решил обратиться к специалистам — вдруг он себе диагноз ошибочно поставил, у него же диплом инженера, а не врача! В понедельник позвонил в регистратуру и попросил записать его на прием к неврологу, но услышал в трубке категоричное:

— Запись к неврологу только через участкового терапевта!

— Ну, тогда запишите к участковому…

— Запись к участковому только после того, когда закончится очередь в регистратуру!

С третьей попытки Игоря Ивановича записали к участковому терапевту… на среду, добавив: «Вам еще повезло, что так быстро». В назначенный день Афонин пришел в больницу за полчаса до указанного срока: мало ли что, жаль будет пропустить очередь, доставшуюся с таким трудом. Напрасно он торопился. Как оказалось, талончик никакой силы не имел — шли без очереди инвалиды и тяжелобольные. В кабинет Афонин попал через полтора часа. Когда Игорь Иванович увидел женщину-врача явно пенсионного возраста, сильно уставшую и, судя по ее движениям и вздохам, нуждающуюся в отдыхе и, возможно, в такой же медицинской помощи, как и он, ему стало стыдно: приходится доставлять неудобства хорошим людям.

Скорее всего, терапевт училась в советской школе и до сих пор жила по установке партии и комсомола: «раньше думай о Родине, а потом — о себе!», поэтому не смогла отказать администрации больницы выйти на работу из-за нехватки кадров. В кабинете было тесно, весь рабочий стол сплошь заставлен стопами медицинских карт. Даже некуда положить руку пациента, чтобы измерить давление!

Афонин опять проникся сочувствием: слышал, что времени на записи в историях болезней, которые придирчиво проверяет страховая компания, у врачей уходит столько, что на осмотр больных его уже не хватает. Но вот оно, долгожданное направление к неврологу, которого пришлось ждать три дня! Игорь Иванович поспешил в указанный кабинет, но увидев перед ним большую гудящую очередь, затормозил.

Успокоившись, взял себя в руки и, обращаясь к коллегам по несчастью, заискивающе произнес, указывая на заветную дверь:

— Я только запишусь, узнаю, когда можно прийти, мне на работу надо…

Реакция толпы была предсказуемой:

— Здесь нет никакой записи! Все — в живую очередь! — послышалось злобное хоровое шипение. — Мы тут с утра стоим, а некоторые второй день попасть не могут!

Афонин сделал глубокий вдох, чтобы продолжить беседу, но тут дверь кабинета резко распахнулась, и из него на всех парах вылетел врач с таким же измученным и усталым выражением на лице, как и у терапевта, и на ходу прокричал:

— Прием на сегодня закончен! Меня вызвали в реанимацию, там ребенку плохо!

После этих слов несостоявшиеся пациенты разом выдохнули и бессильно склонили головы: они, как и Игорь Иванович, сочувствовали неврологу, ведь он в больнице остался один, его рвут на части! Но как быть дальше, есть же причина, по которой боль не проходит? Этот вопрос Афонин намеревался задать медсестре, оставшейся в кабинете. Но увидев молодую девчонку, зажатую в углу на стуле такими же любопытными и рассерженными больными, как и он, погасил свой гнев.

— Приходите завтра, — испуганно лепетала заложница в белом халате. — Пройдете без очереди, скажете, что повторно…

— Повторно, говоришь? — с яростью прокричала толстая тетка, — Завтра таких «повторяшек» только с сегодняшнего дня будет 12 человек, плюс столько же новеньких. Вы нас лечить собираетесь?

— Не зна-ю я, — чуть не всхлипывая, ответила медсестра.

— Девушка, а мне-то как быть? — почти в такой же умоляющей тональности обратился к ней молодой мужчина, — Я на работе спину сорвал, мне больничный нужен. Участковый врач сказал, что только невролог его может дать…

— Да не знаю я! — в отчаянии прокричала медичка!

— У меня по сравнению с этим парнем — ранение средней степени тяжести, — сделал вывод Игорь Иванович. — Тут и без меня больных хватает. Пойду-ка я на работу, а там посмотрим.

И он продолжил лечение по той же схеме. На следующий день Афонин вспомнил, что по его просьбе терапевт дала ему три направления на УЗИ в связи с другими хроническими болячками. Надо было встать на очередь. Отпросившись с работы, помчался в больницу. До обеда оставалось полчаса, когда Игорь Иванович оказался у кабинета УЗИ-диагностики. Но он был закрыт, хотя надпись на дверях гласила, что режим работы – до 12.00.

— Не знаете, почему закрыто? — поинтересовался неудачливый больной у проходившего мимо медработника.

— Ну, разве не понятно: в коридоре на прием нет никого, вот они и ушли пораньше.

Вторая попытка увенчалась успехом. Специалисты были на месте, и Афонин с надеждой протянул направления.

— Могу записать вас только на … — и медсестра назвала дату, которая наступит через полтора месяца. — Согласны?

— Согласен, — также устало, как терапевт и невролог, произнес Афонин.

— Тогда ждем вас. В живую очередь.

— Простите, в какую очередь?

— В живую! — повторила девушка.

— Вы уверены, что я доживу до живой очереди?

Медичка кокетливо хихикнула:

— А вы, я смотрю, с юмором. Если вам не ждется — идите на платное УЗИ. Примут сразу. Кстати, там тоже наши специалисты работают.

Тут Афонин вспомнил, что возле кабинета невролога шли разговоры о том, что почти каждый профильный врач-бюджетник ведет платный прием во внерабочее время в платной клинике. Правда, бюллетени там не дают, но зато очередей нет, да и с клиентами обращаются заботливо и обходительно. Получается, выбор всегда есть? Или уже нет, как в его ситуации?

Вечером в телепрограмме «Время» показывали министра здравоохранения, которая на встрече с президентом сетовала на то, что в стране не хватает врачей, оборудования, больниц…

— Значит, наверху знают о том, что творится внизу! — успокаивал себя Игорь Иванович. — Надо ждать, когда начнут наводить порядок.

Позвонил родственнице, работающей на скорой помощи, и поведал историю своего хождения по мукам:

— Даже не надейся на лучшее, — разочаровала она его. — У нас общее мнение о том, что чиновники, запустившие в ход оптимизацию здравоохранения, больных в глаза не видели. Вот их пустить бы по пути, который ты прошел… Только они в Кремле лечатся, бесплатно и без очередей! Это не оптимизация, а коммерциализация здравоохранения — постепенное выдавливание пациентов из лечебных госучреждений в платные клиники. Разве до тебя еще не дошло?

Афонин попытался вслух произнести слово «коммерциализация». Оно оказалось еще противнее на вкус, чем оптимизация: вызывало едва уловимый рвотный рефлекс. «Время не ждет!» — пришла ему на память песенка рокеров. Он достал свой кошелек и стал пересчитывать содержимое…

Иван Немоляев

Комментарии

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
       
ИНН: 5204000590
ОГРН: 1025200939763