Главная Общество Без срока давности
05.03.2013
Просмотров: 911, комментариев: 0

Без срока давности

Двойной праздник

Редкому человеку даровано судьбой родиться в знаменательную для страны дату. А Габдулфат Валиев появился на свет 23 февраля 1923 года, ровно 90 лет назад. 
Поздравить его с юбилеем наша делегация в составе председателя совета ветеранов А.С.Пономарева и сотрудников редакции пришла с утра. День был праздничный. Нас встретила его дочь Карима Федоровна Халилова. Она рассказала, что самочувствие у него хорошее, только не видит совсем и плохо слышит, и добавила: «Папа все делает самостоятельно. Даже раньше, когда была жива мама и жили в своем доме, он и тогда обходился без нашей помощи. Мог спокойно воды наносить в баню, истопить ее. А когда уговорили переехать к нам, сразу освоился здесь. У него тут заученная дорожка, по которой ходит из своей комнаты в столовую, ванную».
Ради гостей Габдулфат Валиев изменил обычный маршрут. С достоинством принял поздравление и, вняв просьбе журналистов, повел неторопливый рассказ о былом.

Доброволец

Родился он в Марий – Эл, в небольшой деревне Паранга. В сельской школе учился на отлично, пройдя за три года курс четырех классов. С таким багажом знаний и вступил в самостоятельную жизнь. Началась она в шестнадцать лет, когда его направили в колхозную школу, что была в райцентре, учиться на зоотехника. Курс по сокращенной программе закончил с одними пятерками. «Хотя ой как трудно это давалось, – добавил Габдулфат. – В школе буквы были латинские, а там русские пришлось выучить». 
Не успел толком поработать в колхозе, как снова получил направление, теперь уже в школу ФЗО «учиться, как лес заготовлять». Там и застало известие о начале войны. Не дождавшись повестки, Габдулфат и еще пятеро парней из его деревни отправились пешком за 108 километров домой, чтобы напоследок повидаться с родными. В военкомате ребят заверили: ждать уже недолго. До 15 апреля работали они в колхозе, и затем с группой новобранцев отправился Габдулфат в военную часть в ста километрах от деревни снова пешком.
Дней через пять прибыл в часть из Москвы старший лейтенант. Оглядел всех: «Кто добровольцем на фронт?» Условие поставил: семь классов образования и хорошее здоровье. Из всех изъявивших желание отобрал одиннадцать человек, дал адрес: переулок Колпачный, 6 – и уехал. До столицы парни добирались на товарняках.
– Приняли нас хорошо, – продолжил ветеран свой рассказ. – Повели в столовую. В обед еще раз накормили, и на ужин зовут. А мы до той поры и не знали, что можно три раза в день есть. Вот как жили…
На мой вопрос: «Что же находилось в доме № 6 на Колпачном?» – старый солдат не ответил. Пояснил коротко: учили, как воевать, как побеждать, как действовать в тылу врага. Около года он с боевыми товарищами этим и занимался, а именно – партизанил.
– В основном старались мосты взрывать, чтобы помешать продвижению немецких войск, – только и добавил к вышесказанному*.

Мастер погранслужбы


В военном билете Г.Валиева записано, что службу он нес с апреля 1942 года по апрель 1949. С октября 1943 года воевал в составе 43-го кавалерийского полка войск МВД. Затем был переведен в пограничный отряд МВД на Памир, где сослуживцы прозвали его мастером пограничной службы.
– Был переводчиком и заведовал делопроизводством. По штату этим положено заниматься не ниже лейтенанта, а я рядовой. Ну, дали сержанта. Среди местного населения больше киргизов было. Их язык схож с моим родным татарским, переводил на русский легко. Правда, однажды привели перебежчика из Китая: оказался английский шпион, китайский подданный, по национальности уйгур. Понимал его с трудом, но что делать, других переводчиков все равно не было.
Занимался и сбором агентурных данных. Правда, если бы не просьба дочери, наслышанной о послужном списке отца более подробно, сам Габдулфат об этом и не заикнулся бы. Несмотря на то, что о военных событиях сейчас пишется и рассказывается много и подробно, со всеми деталями и нюансами, он до сих пор считает, что клятве о неразглашении сведений, которую дал, нет срока давности. Но все же посчитал возможным сказать о роде своей деятельности на одном из примеров.
По его словам, пограничники обязаны были знать ситуацию на территории соседнего государства на расстоянии 150 километров от границы. С этой целью Габдулфат выходил на связь с агентом из Афганистана. От заставы к границе, которая проходила по реке, он ехал на лошади. У реки раздевался, переезжал на другой берег, сажал верхом поджидавшего его агента, перевозил на свою сторону, а сам шел в ледяной воде. После беседы – снова такая же процедура на переправе.
– Удивляюсь, как дожил до 90 лет, – прервал рассказ мой собеседник. – На Памире заработал сердечную болезнь. Застава, где служил, располагалась на высоте 4000 метров над уровнем моря. Воздух разряженный, дышать тяжело. Все это сказалось. Но, как врач посоветовал, водку не пил совсем, да и не принято это у нас. Даже чай крепкий не уважаю.
Его слова тут же подхватила Карима Федоровна: «Встречать гостей чаем – это наша национальная традиция». Противиться ей не имело резона. Горячий ароматный напиток придал беседе еще больше теплоты и душевности.
– Ати**, – обратилась почтительно к отцу Карима Федоровна. – Ты еще рассказывал, как тебя контузило.
– Было дело, – согласно кивнул головой ветеран. – Мы тогда в тыл врага ходили. Там в землянке меня и засыпало… Но, как видите, живой.
Не дождавшись дальнейших пояснений, дочь предложила вспомнить другой случай, когда молодой солдат с фронта помогал семье, жилось-то в тылу очень трудно. Пожилой человек задумался на минуту, мысленно погружаясь в воспоминания, затем встрепенулся, словно выбрал из сотен случаев подходящий эпизод.
– Вернулись мы на нашу базу, которая была в Подмосковье, с задания, с фронта. Тогда бои шли на Орловско-Курском направлении. Командование отправило нас на неделю в Барвиху*** отдохнуть, – спокойно и как-то даже монотонно говорил старый служивый (мол, если кто не глупый, так поймет, насколько важным было это задание). – Старшина привез мне как поощрение махорку в большом бумажном мешке. Да я ведь и тогда не курил. Подошел ко мне старик из местных, ему без курева жизнь не мила. Отдал ему. А через два дня он мне 500 рублей принес. Я их домой послал. Потом мать писала, что купила картошку на эти деньги и посадила.

Мирная профессия


После окончания войны Г.Валиев еще три года служил Отечеству. Ему настоятельно предлагали посвятить дальнейшую жизнь военному поприщу. Отказался. Душа тянулась к мирному труду. Всю послевоенную трудовую жизнь проработал мастером в лесном хозяйстве. Посадил не одно, сотни деревьев, построил дом, вырастил сына и дочь. 
Для них он, как и раньше, пример для подражания: с его врожденной скромностью и минимумом потребностей, и в то же время недюжинной силой воли и твердым характером. С его верностью своим принципам и убеждениям, главный из которых для ветерана: как у войны нет срока давности, так и у памяти нет срока забвения.
Примечания.
*По этому адресу, по информации из интернета, располагалась служба, занимавшаяся в годы войны подготовкой диверсантов и партизан, которых забрасывали в тыл врага. Воспоминания Г.Валиева о том, как проходил туда набор, – прямой ответ создателям фильма «Сволочи», снятого в 2006 году, по версии которых в «истребительные батальоны» в принудительном порядке направляли малолетних преступников из колоний. Против версии этого фильма выступал и писатель В.Токарев.
**Ати – по-татарски: отец.
***Барвиха – санаторий, созданный в 1930 году в системе Лечебно-санаторного управления Кремля. В нем отдыхали руководящие работники и высшие должностные лица государства. В годы войны был перепрофилирован в госпиталь.

Галина Модина

 

Комментарии

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
       
ИНН: 5204000590
ОГРН: 1025200939763