Главная Общество Осталась только в воспоминаниях
26.01.2013
Просмотров: 912, комментариев: 0

Осталась только в воспоминаниях

В январе текущего года в Санкт-Петербурге широко отмечалась памятная дата: 70-летие прорыва блокады Ленинграда, одна из вех на победном пути Советской Армии в годы Великой Отечественной войны.
В нашем районе живут и здравствуют два участника тех боев: Илья Максимович Новокшонов (на снимке) и Анна Пантелеевна Гурдина.
На десятый десяток пошел счет годам Ильи Максимовича. На фронт он попал не безусым новобранцем, а до этого почти год отслужил в кадровой службе в Архангельске. В начале сентября 1941 года его 329 стрелковый полк 88 стрелковой дивизии был полностью переправлен под Ленинград.
В действующей армии Илья Максимович был около полугода, но вспоминает о том времени с неохотой. Это невыносимо тяжелая, страшная, опасная военная работа. Сдерживать натиск врага, еще в конце августа замкнувшего блокадное кольцо вокруг города на Неве, стоило жизни сотне тысяч наших бойцов. Илье Новокшонову тогда повезло. Как ни абсурдно это звучит, но в начале января он был тяжело ранен и поэтому остался в живых, избежав смертельного шквала, обрушенного отборными гитлеровскими войсками на головы советских воинов-защитников. Недаром впоследствии Президиум Верховного Совета СССР учредил медаль «За оборону Ленинграда».
Старый фронтовик помнит, что начавшийся 1942 год встречали с надеждой. Встречали не в том смысле, что отмечали. Куда там! Бывали периоды, когда счет дням и числам путался, терял свою обычную значимость. Утром ты жив и вечером тоже, значит, слава Богу, день прожит.
В последний день 1941 года с новогодней речью по радио выступил М.И.Калинин. Политруки пересказывали ее слово в слово солдатам, чтобы поддержать их боевой дух. И это имело свое действие. Сейчас Илья Максимович вряд ли смог хотя бы примерно восстановить ее в памяти, которая в последние годы стала крепко подводить ветерана. Но существует масса источников, где записана эта речь. «Наши силы в борьбе с врагом растут, – говорил М.И.Калинин. – Мы уверены в победе. Мы знаем, что ни один советский человек не успокоится до тех пор, пока хотя бы один гитлеровец будет топтать священную советскую землю, пока гитлеризм не будет выжжен каленым железом. Порукой нашей победы служат первые успехи наших войск на всех фронтах».
В один из январских дней Илья Новокшонов в составе группы разведчиков отправился на задание. Шли ночью с большой осторожностью, и все-таки были обнаружены противником, открывшим по ним минометный огонь. Илья Максимович ничего не помнит кроме жуткой боли, разлившейся, казалось, по всему телу. Он и сейчас уверен: если бы не командир, с которым служили еще в мирное время, а затем попали в одну часть, то лежать бы ему в земле на обочине проселочной дороги и числиться без вести пропавшим. Но командир Махетов («Даже имя забыл», – покачал головой Илья Максимович), несмотря на нехватку бойцов, скомандовал отправить раненых в санчасть.
Осколки засели в обеих ногах и левой руке солдата. «Все перехвостнуто было», – качнул головой мой собеседник и рассек воздух изуродованной осколком рукой, как бы поясняя это старое давно вышедшее из употребления слово, означающее «перехлестнуть, пересечь». Около недели пролежал он в одной из медчастей в Ленинграде. В день давали по три маленьких сухарика да воду. Поэтому отправке в тыл все были рады. Ранним утром самолет уносил раненых в Ярославль. Летели над Ладожским озером, над проложенной по нему Дорогой жизни, мысленно прощаясь с товарищами, оставшимися на передовой.
Ярославль был переправочным пунктом. Дальше на поезде – в глубокий тыл: эвакогоспиталь города Омска, в котором он лечился более полугода. При выписке бинты с ноги еще не сняли, инвалидность была на лицо, но комиссия посчитала годным к строевой. Солдата зачислили стрелком в 30-ю запасную стрелковую бригаду, располагавшуюся тогда в Гороховецких лагерях под Горьким. Однако на очередной медкомиссии решение было принято однозначное: комиссовать по инвалидности вследствие осколочного ранения. Последний осколок Илья Максимович сам вытащил из ноги уже дома.
Среди юбилейных наград медаль «За оборону Ленинграда» считает главной и жительница поселка Вахтан Анна Пантелеевна Гурдина. Судьбы этих двух ветеранов в чем-то схожи. На фронте оба ходили в разведку, защищали от врага вторую столицу нашей Родины. И возможно, в тот миг, когда самолет увозил раненого Илью Максимовича на большую землю, его землячка вглядывалась в темное небо, заклиная, чтобы немецкие асы не появились на их пути.
Служила Анна Пантелеевна в войсках ПВО. Когда наши зенитки сбивали вражеский самолет, она выходила на задание: собрать точные сведения, не выбросился ли с парашютом немецкий летчик, не высадился ли десант, разведать общую обстановку.
Воспоминания о войне она пыталась похоронить глубоко в памяти, но страшные эпизоды сражений всплывали вопреки ее воле. Разбомбленные составы на станции, месиво из тел в груде покореженного железа. Ее напарница и подруга на снегу с расползающимся на груди кровавым пятном. Только минуту назад они спешили к зенитке, неся ящик со снарядами, и вот ее не стало…
Перенесла Анна и крещенские морозы, когда при сорока градусах две недели жили на снегу, подстелив под себя только надерганное из стога сено. Когда валенки примерзали к ногам, и их приходилось разрезать, чтобы снять. Была контужена. Затем восстанавливалась в госпитале, училась заново говорить и ходить.
В послевоенные годы и Илья Максимович, и Анна Пантелеевна избрали местом жительства Шахунский район. Нашли работу по душе, вырастили детей, внуков. Вот для них-то, самых родных своих людей, и для всего поколения ныне живущих ветераны желают мирного неба.
Пусть война останется только в их воспоминаниях.

Галина Модина

Комментарии

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
       
ИНН: 5204000590
ОГРН: 1025200939763